При поддержке:

Одна из главных проблем нынешнего демократического правительства – как-то научить эту армию недавних детей с искалеченной психикой жить среди людей.

“Если ты снова увидишь мой мотоцикл – беги. Больше предупреждать не буду. – Он ударил ногой по стартеру. – Беги, белый мальчик. Беги.”

Он повернул ручку газа, мотоцикл сорвался с места и быстро исчез в темноте. Через стекло я мог наблюдать, как ливанец расплачивается за ужин, неловко целует чернокожую официантку куда-то между ухом и шеей. Его спутницы встали, потянулись за лежащими на диване сумочками. Часы показывали что-то около одиннадцати.

Я дошел до “Метрополитен” меньше чем за три минуты. Хотелось есть, но старухи с кокосами уже не было. “Парень, купи фонарик”. Фонарики были в картонном ящике на голове торговца. “Купи”, – настаивал он. “У меня уже есть”, – зачем-то соврал я и нащупал в кармане ключ. Мириам сидела на высоком табурете и качала ногой. “Так тебе нужен друг?” – спросила она. Наверное, следовало хотя бы сказать “нет”, но я просто неопределенно махнул рукой. Она была красивая, эта Мириам.

В Дуалу – рынок на окраине Монровии – меня доставило желтое такси с надписью на багажнике: No money no friend. Здесь среди лотков и груженных товаром садовых тележек стояло не менее сотни таких же машин – ржавых, с подвязанными веревками дверьми и без зеркал. На багажнике или на заднем стекле почти у каждой какая-то надпись.

Рекламодатели: